Сергей Малицкий - Вакансия
– Месяц уже роем и грызем! – прошипел Марк.
– А не полгода ли? – нахмурился Адольфыч и почему то посмотрел на Дорожкина. – Ну ка, Фима.
Карлик закряхтел, подошел к мертвой, положил руку на рану и через секунду с сожалением причмокнул губами:
– Поздно. Вчера еще преставилась, не выкликаешь. И наговор потерся уже, по уму все наложено. А ведь силен, озорник. Чтобы этакий бройлер подбросить, кустиком не обойдешься, а подобающую сосенку согнуть – тут и с десятком Павликов не управишься. Ну или пятком, если по изнанке мерить.
– Да, с вечера заряжена была, – согласился Содомский и, окинув взглядом выстроившихся вокруг тела, тоже задержался на Дорожкине. – Вот и поохотились. А ну ка.
Он снова согнулся, подхватил мертвую за плечо и рывком перевернул ее на спину. Дорожкин узнал телеграфистку. Глаза ее были вытаращены, лицо искажено ужасом. На груди, залепленная песком, зияла рана, отголосок которой все видели и на спине.
– Насквозь, – повторил Содомский и посмотрел на Марфу. Та стояла полузакрыв глаза.
– Финита ля комедия, – крякнул Фим Фимыч.
Маргарита подняла маркер и выстрелила в Дорожкина. Удар был болезненным, Дорожкин едва не согнулся, но устоял, стиснув зубы. На животе растеклось пятно желтой краски. Дорожкин с недоумением посмотрел на Маргариту, она мрачно усмехнулась:
– Хоть душу отвести. Не спи, парень. Взбодрись.
«« ||
»» [143 из
412]