Анна Витальевна Малышева - Нежное дыхание смерти
- Как? - взвилась Лариса. - Да куда вы все их подевали? Любка без гроша, ты тоже…
- Мы все их подевали туда, где они пропали! - Лера сделала вид, что машет пропавшим деньгам рукой. - В статуи мы их подевали, красавица моя! И пока я не найду статую, не могу заплатить даже за обед в столовке.
- Не паясничай, у меня сейчас очень тяжелое положение. - Лариса даже сгорбилась, произнося это. - Ну пойми меня! Я же не забуду того, что ты сделаешь. Выпишу тебе премию, в конце концов…
- Нет, Лара! Я поеду только на твои деньги. Твоя идея, твои деньги… Честно говоря, у меня пропало убеждение в том, что ты все делаешь верно. Может, я и ошибаюсь, но, во всяком случае, не хочу вкладывать деньги в твои предприятия…
- Вот как… - подавленно пробормотала Лариса. Она ожидала от сегодняшнего дня самого худшего, но не этого. Мнение Леры для нее всегда что то значило, и, если подруга резко оценивала ее деятельность, значит, к тому были реальные причины.
- Да ты не расстраивайся. Я, скорее всего, просто преувеличиваю. Ну раскошеливайся, и я могу поехать хоть сегодня. Мне не терпится побывать в этом милом городке без твоей дохлой собаки.
Лариса пожала плечами:
- Когда я ее туда привезла, она была не дохлая. А билет и визу я тебе закажу. Сегодня к вечеру все улажу.
Лера ушла, потрепавшись еще немного о том о сем и все больше о неких молодых особах, проникающих в клуб с подачи этого поганого сводника Ветельникова, и Лариса наконец осталась в одиночестве.
Тогда она заперла кабинет, прошла в заднюю комнату, задернула занавески, отгородившись от солнечного света, расстегнула на груди блузку и легла на диван лицом вверх. Некоторое время она просто лежала с закрытыми глазами, потом шумно задышала. Плакать она не умела.
«« ||
»» [247 из
410]