Анна Витальевна Малышева - Нежное дыхание смерти
Даша подумала, не стоит ли ей удалиться, чтобы не объясняться потом с их владелицей. При одной мысли о том, что это могла оказаться Лариса, ей делалось дурно. Она еще не успела обдумать до конца свою линию поведения с председательницей и надеялась, что решит все в боевой обстановке. Но теперь ноги у нее слегка задрожали.
Тем не менее она приоткрыла дверь еще шире и наконец увидела всю комнату. И в частности, постель. А на постели, уткнувшись носом в подушку, лежала Галя и заливисто храпела. Ее обнаженное тело, явно побывавшее в эту зиму на курорте или под кварцем, темнело на белизне простыней, скомканных и кое как прикрывающих Галину поясницу. Ее стройные ноги - ноги бегуньи или теннисистки, были раскинуты в стороны, одна рука свешивалась с края постели, а вся поза говорила о большой усталости и полной отключке.
Даша с минуту смотрела на полудетское Галино лицо, сейчас бывшее очень серьезным, как будто та решала во сне сложную арифметическую задачу, на ее нежную спину с желобком посередине, на блики света, сделавшие ее волосы глянцевыми и текучими.
Она уже решила было закрыть дверь и уйти, как вдруг Галя резко перестала храпеть и испуганно подняла голову с подушки, уставившись прямо на нее. Даша оцепенела и не двинулась с места. Наступила минута молчания, во время которой девушки неотрывно смотрели друг на друга.
Первой опомнилась Галя. Она присела на кровати, даже не сделав попытки прикрыться простыней, совсем соскользнувшей с нее, откашлялась и произнесла:
- Привет, что же ты не заходишь?
Привет, - пробормотала Даша и оглянулась, нет ли кого в коридоре. Никого по прежнему не было, и она решилась и вошла в комнату, прикрыв за собой дверь.
Галя смотрела на нее то ли одобрительно, то ли насмешливо. Она кивнула гостье на кресло:
- Что же ты не сядешь?
- Я себя спрашиваю, что же вообще сегодня пришла, - в тон ей ответила Даша, опускаясь в кресло. - Никого ведь нет.
«« ||
»» [268 из
410]