Анна Витальевна Малышева - Нежное дыхание смерти
Даша закрыла глаза, чтобы ничего не видеть, и ощутила прикосновение влажных, присасывающихся губ на своей шее. Она вздрогнула, и Лариса впилась в нее сильнее, почти до боли. Потом поцеловала ее в губы и прижала ее плечи к постели так быстро, что Даша даже не успела рвануться. Она попыталась это сделать в другой раз, когда колено Ларисы уже опустилось между ее ног и сильные руки прижали ее еще крепче.
- Пожалуйста… - прошептала она, чувствуя сильную дурноту.
Даша никогда не испытывала насилия и теперь не совсем понимала, что с ней происходит, что с ней может произойти.
Лариса не ответила, и ее молчание пугало Дашу больше всего. Она задрожала, когда губы Ларисы отправились в бесстыдное путешествие по ее телу, спускаясь все ниже и заставляя ее дрожать и корчиться.
- Не бойся, дурочка, - только и сказала Лариса, прежде чем окончательно умолкнуть, впившись долгим поцелуем между Дашиных ног.
Девушка оцепенела, но не от наслаждения, а от ужаса. Она казалась себе распростертой на операционном столе, где над ней совершалось какое то унизительное, ненужное и постыдное действо. Пальцы Ларисы сильно сжимали ее дрожащие бедра, вмиг покрывшиеся испариной, не давая возможности пошевелиться, избавиться от ее ненасытных губ.
Даша тяжело дышала, точно в жару, раскрывала пересохшие губы и пыталась крикнуть. Крика не получалось. Она видела голову Ларисы, застывшую над ее животом, видела полосу света под дверью, смутные очертания предметов в комнате, и все это казалось ей чем то нереальным, каким то кошмарным сном, слишком страшным, чтобы он мог быть действительностью.
Потом Даша закрыла глаза и закусила губы. Во рту был привкус крови. Потом все исчезло.
ГЛАВА 14
В комнате было светло. Утренний луч, пропущенный сквозь шелковую штору, казался малиновым, закатным.
«« ||
»» [277 из
410]