Анна Малышева - Страх перед страхом
- Ладно, идемте. Только комнату я запру, вещей не оставляйте.
Дуня повесила на плечо тяжелую сумку, прихватила альбомы и отправилась следом за хозяйкой.
Над раковиной возилась старуха - не та, тучная, которая встретилась им сначала, а другая - маленькая и сухощавая. На голове у нее был какой то диковинный чепчик, в котором Дуня с изумлением опознала бывшие теплые рейтузы. Старушка мыла и чистила в раковине морковь. Мать Василия заметила ей, что такие вещи нужно проделывать над помойным ведром, а то сток засоряется, а ведь за прочистку платит только она! Старуха никак не отреагировала. Либо она была глуха, либо не ставила соседку ни в грош. Впрочем, скандала не получилось. Женщина спокойно принялась доставать из шкафчика посуду. Дуня присела на табуретку в углу, брезгливо отодвинувшись от стены.
Здесь, на кухне, все было таким же нечистым и запущенным, как все в этом доме. Стены когда то давно были окрашены казенной голубой краской, но теперь сделались какого то мышиного оттенка.
Стекла в единственном окне пожелтели от насевшего на них жира и копоти - их давно не мыли.
Плиточный пол был во многих местах выщерблен, под одним из столов Дуня заметила мышеловку - к счастью, пустую, иначе бы ее стошнило. Мышей она боялась меньше, чем высоты, но все таки предпочитала с ними не встречаться. Девушка открыла очередной альбом, искоса поглядывая на мать Василия.
Женщина пристроилась возле второй раковины и принялась промывать рис. При этом она даже что то напевала - на удивление верным, приятным голосом. Старуха принялась тереть морковь на старой, сточенной от употребления терке. Вошел голый по пояс мужчина в тренировочных штанах. Он бросил взгляд на Дуню, на секунду остановился, но мать Василия немедленно заявила, что это к ней.
Дуня опустила глаза в альбом.
Детские, школьные, семейные снимки. Все это ее не интересовало. Снимков институтской поры было мало, да Василий и проучился недолго. Тут были и такие, которые имелись в архиве у самой Дуни, - их группа во дворе, на фоне вывески института. Подобный снимок она предъявляла Светке. Когда? Сегодня утром! Так давно…
Она перевернула страницу. Опять двойной портрет братьев - обе страницы занимали сплошь двойные портреты. Василий и Петр. Василий и какой то мужчина - родственник, скорее всего. Было что то общее в напряженных взглядах этих светлых глаз. Василий и…
«« ||
»» [237 из
409]