Александра Маринина - Личные мотивы
Сорокин бросил взгляд на портрет и одобрительно кивнул:
— Разумеется, это Людмила Леонидовна. По-моему, никаких сомнений быть не может.
— Но ведь не похожа!
— Ну что ты, Геля, здесь абсолютно точно передана ее сущность, ее характер. Ты всмотрись как следует.
— Не знаю, не знаю, — Ангелина обиженно поджала губы. — Тебе, конечно, виднее, ты ведь с Люсенькой больше времени проводишь, чем я, и, наверное, изучил ее вдоль и поперек.
Ей не удалось скрыть свою ревность, и это вызвало у Вилена Викторовича раздражение. Никогда, ни разу за все прожитые вместе годы он не изменил своей супруге и реальных поводов для подозрений не давал. Мысль о возможной сексуальной нечистоплотности всегда вызывала в нем омерзение, и ему крайне не нравилось, что кому-то приходит в голову ставить это отвратительное явление на одну доску с ним, с Виленом Сорокиным.
Ангелина Михайловна, разумеется, заметила настроение мужа и постаралась сгладить ситуацию:
— И все-таки, Виля, ты не можешь не согласиться, что мальчик безумно талантлив, безумно.
— Не вижу ничего особенного, — буркнул Вилен Викторович. — Крепкий ремесленник, не более того.
— Но ты же сам сказал, что суть характера Люсеньки передана очень точно, — поддела его Ангелина. — Это твои слова.
«« ||
»» [217 из
338]