Александра Маринина - Последний рассвет
– Да кто ж их разберет, – развел руками водитель. – Как обычно. Игорь Николаевич заднюю правую дверь открыл, помог сесть Евгении Васильевне, потом обошел машину сзади и сам сел слева, рядом с ней.
– И что, оба молчали всю дорогу? – недоверчиво прищурился Дзюба. – Так таки ни одним словечком не перемолвились?
Водитель напрягся, вспоминая.
– Ну, Игорь Николаевич сказал что то вроде того, что Нина, наверное, пользуется отсутствием родителей и не легла вовремя спать. А Евгения Васильевна ему ответила, что Нина взрослый человек, и если ей нравится ходить по утрам в школу невыспавшейся, то это ее личное дело. Как то так примерно.
– Каким тоном они разговаривали друг с другом? Не показалось вам, что кто то из них нервничает или сердится? Или между ними черная кошка пробежала?
Водитель покачал головой.
– Ничего такого. Он ее назвал Женечкой, дочку Ниночкой, а Евгения Васильевна, когда отвечала, сказала ему: «Ну что ты, мой хороший». Негромко так разговаривали, мягко, ласково.
– И больше ничего не обсуждали?
– Больше ничего.
Получается, что оба водителя – и Шилов, и водитель Панкрашина – говорят одно и то же. Значит, пожалуй, этому можно поверить. Вряд ли они в сговоре.
«« ||
»» [138 из
325]