Александра Маринина - Смерть как искусство.
Состояние стабильно тяжелое – вот и все, чего я могу от них добиться.
– Господи! – Колодный присел рядом, обнял Елену за плечи, прижал к себе.
– Бедная девочка, бедная моя, как же тебе тяжело, могу себе представить.
Ты так и сидишь тут? Я надеялся, честно признаться, тебя не застать, думал, что ты все-таки возьмешь себя в руки и поедешь домой.
Тебе надо отдохнуть, Ленуся, а ты себя истязаешь.
Тебе силы нужны, а Льву Алексеевичу ты сейчас ничем помочь все равно не можешь.
– Я не могу уйти, – пробормотала она, утыкаясь Никите в плечо и давясь слезами, – мне кажется, что, пока я здесь, неподалеку, Лева это чувствует, и ему легче.
Уж не знаю, поля там какие, или аура, или флюиды – я сейчас во все готова верить, только бы это Леве помогло.
Если бы я могла посидеть рядом с ним, подержать его за руку, я уверена – он бы это почувствовал и пришел в себя.
Она тихо заплакала, а Колодный молча сидел рядом, обнимал ее и гладил по руке.
«« ||
»» [134 из
399]