Александра Маринина - Смерть как искусство.
Весь театр гудит, только об этом и разговоров.
– И как вы сами считаете, это реально? – Понятия не имею, – пожал плечами администратор.
– Это не моя епархия.
– Но все-таки, – не отставала Настя, – как вы думаете, что будет, если Богомолов не вернется и вместо него будет другой худрук? – Я думаю, что, кто бы ни пришел, все равно это будет только худрук, а не худрук-директор, как сейчас.
– И что из этого следует? – То, что Володя Бережной снова станет директором, это же очевидно, – Семаков посмотрел на Настю как на нерадивую ученицу, которая не может взять в толк элементарных вещей.
– Володя – отличный руководитель, он проработал в театре много лет и знает здесь все от и до. Надо быть полным идиотом, чтобы поменять его и привести другого директора. Никто лучше Володи с нашими проблемами не справится.
Его любит труппа, потому что он искренне любит актеров, заботится о них, уважает персонал, старается всем помочь, как может. Кроме того, он блестящий организатор, знает все до мелочей, вплоть до того, где лучше закупать ткани для декораций и костюмов и как их выбирать на фабрике.
Володя всегда знает, как сделать так, чтобы сэкономить деньги и все-таки не поступиться качеством, у него крепкие личные связи со всеми поставщиками и подрядчиками.
И когда Бережной был нашим директором, мы все горя не знали.
А вот когда Лев Алексеевич сам занял должность директора и перевел Володю в директоры-распорядители, мы все были просто в шоке и не понимали, как театр будет функционировать.
«« ||
»» [168 из
399]