Александра Маринина - Смерть как искусство.
– Но битой по голове она, конечно, не могла… Это я вам гарантирую.
– Нина – одинокая женщина? – спросила Настя.
– Или у нее был мужчина? Может быть, любовник или гражданский муж? Бэлла на несколько секунд задумалась, пожевала губами.
– Вроде бы нет, иначе он, наверное, помог бы ей с деньгами, я так думаю, – наконец проговорила она.
– Я ее, правда, давно не видела. Может, за это время появился кто-то. Нина вообще-то женщина красивая, яркая.
– А родственники? Братья, племянники? – А вот брат у нее есть, это точно, – оживилась Бэлла.
– Она про него много рассказывала, очень его любила. Правда, он, кажется, судимый. Ничего себе, «правда»! Можно подумать, что если судимый, так его нельзя любить и много о нем рассказывать.
И вообще, ранее судимый брат Гункиной, обуреваемый жаждой мести за любимую сестру и ее дочь, это как раз то, что нужно.
Хотя история майская, а теперь уже ноябрь на дворе, но это ничего не значит.
Возможно, болезнь молодой женщины повлекла за собой инвалидность, и это стало понятно только сейчас, то есть лишь теперь можно в полной мере оценить масштаб последствий того факта, что Богомолов уволил Гункину с «волчьим билетом» и отнял полученные ею за костюм деньги.
«« ||
»» [196 из
399]