Александра Маринина - Дорога
– В самом факте – ничего, – очень серьезно ответил Камень. – Но плоха тенденция. Раньше она, как я понял из твоих рассказов, пила только шампанское и только с Родиславом, а теперь и коньяк в ход пошел, и общество другое. Не нравится мне это.
– Да брось ты, – Ворон щелкнул клювом для обозначения беззаботности. – Ничего страшного, если женщина поднимает себе настроение в разумных рамках.
– А что Родислав? Написал он свою первую главу?
– Написал с грехом пополам и даже на заседании кафедры обсудил. Его, как ты понимаешь, критиковали не сильно, но замечаний, хоть и в мягкой форме, наделали много. У них это называется «принять за основу». То есть признали, что материалы для первой главы есть, но считать это полноценным разделом диссертации пока нельзя. Ну хоть что-то.
– Обидно, – расстроился Камень. – Такой неглупый парень этот Родислав, а диссертацию написать не может. Мозгов не хватает, что ли?
– Да лень ему! С мозгами у него все в порядке, но ему неохота напрягаться. На научную работу его никогда не тянуло, у него цель – попасть в Штаб и ездить с проверками, вот чего ему хочется. И он к своей цели планомерно движется, он в этом Штабе уже почти со всеми перезнакомился и по-дружился. Одним словом, человек делом занят, а ты с глупостями пристаешь. Диссертацию ему подавай! Обойдешься.
– Злой ты, – печально констатировал Камень. – Недобрый.
* * *
В январе, во время школьных каникул, Лариса заболела. Сначала казалось, что это обычная простуда, и Татьяна Федоровна не придала ей большого значения. Ну кашляет девчонка, ну температурка небольшая – подумаешь, большое дело. Поболеет три денечка и выздоровеет. Однако Лариса не выздоравливала, и, хотя температура сильно не повышалась, она с каждым днем слабела, становилась все более бледненькой, плохо кушала и жаловалась на головокружение.
О болезни девочки Романовы узнали только тогда, когда Татьяна Федоровна позвонила Любе и спросила, как звонить в поликлинику, чтобы вызвать врача.
«« ||
»» [112 из
354]