Александра Маринина - Дорога
– Ничего не будет мала, – упрямо сказала Лариса, уставившись в пол. – А если вам жалко, вы так и скажите. И вообще, нам ваши подачки не нужны, мы сами не нищие.
В ее голосе явственно проступили интонации Татьяны Федоровны. Любе стало неловко. Она не только покупала для Ларисы новые вещи, но и зачастую отдавала то, из чего вырастала Леля. Однако она и не подозревала, что девочку это обижает. Лелины вещи никак нельзя было назвать старьем, то, что отдавалось, было подарено Аэллой, то есть очень красивым и хорошего качества. Леля умела носить вещи аккуратно, и все, что отходило к Ларисе, было в прекрасном состоянии, без единой дырочки, чисто выстиранное и выглаженное, будто только что из магазина.
– Ларочка, если я отдаю тебе вещи Лели, это не называется подачкой. Когда рядом растут две девочки, то совершенно нормально, что вещи одной переходят к другой. Представь себе сестер, одна постарше, другая помладше или одна повыше ростом, а другая пониже. То, из чего вырастает одна сестричка, начинает носить другая. И у меня было точно так же: у меня есть старшая сестра, но она маленького роста и худенькая, а я всегда была крупная, высокая, и все время получалось, что мои вещи переходили к ней, хотя она была старше. В этом нет ничего плохого, ничего зазорного. Все люди так живут.
– Значит, мне Леля как сестра? – спросила Лариса, поднимая голову.
«Еще чего не хватало», – подумала Люба, но вслух, разумеется, сказала совсем другое.
– Конечно.
– Тогда почему она меня не любит?
Вопрос застал Любу врасплох. Да, это правда, Леля не любит Ларису, но неужели это так заметно не только самой Любе?
– Почему ты решила, что она тебя не любит? – Она сделала удивленное лицо. – Леля очень хорошо к тебе относится.
– А почему тогда она с мной почти не разговаривает?
«« ||
»» [151 из
354]