Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
Надписали имена на четырнадцати бумажках, бросили их в шляпу и стали тащить - каждая по одному билету.
Когда в шляпе остались только две бумажки, посмотрели, чьи на них имена.
- Еще по пять песо с носа, - сказал Хосе Аркадио двум счастливицам, - и я делю себя между вами.
На это он и жил.
Шестьдесят пять раз ходил он матросом в кругосветное плавание с другими такими же отщепенцами, и женщины, которые в ту ночь легли с ним в постель в заведении Катарино, вывели его голым в залу для танцев показать всем, что каждый миллиметр его тела - с лица и со спины, от шеи и до пяток - покрыт татуировкой.
В семье Хосе Аркадио почти не общался.
Днем он спал, а ночи проводил в квартале домов терпимости.
В тех редких случаях, когда матери удавалось усадить его за семейный стол, он привлекал всеобщее внимание, особенно если начинал рассказывать про свои приключения в далеких странах.
Он попал в кораблекрушение и две недели болтался на шлюпке в Японском море, питаясь телом своего товарища, сраженного солнечным ударом, - мясо, хорошо просоленное и провяленное на солнце, было жестким и имело сладковатый вкус.
В один безоблачный полдень экипаж корабля, на котором он плыл по Бенгальскому заливу, убил морского дракона, в животе чудовища оказались шлем, пряжки и оружие крестоносца.
«« ||
»» [126 из
550]