Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
Его высокие гамаши прятали шрамы, оставленные на щиколотках кандалами за пять лет каторги.
Когда его схватили после первого мятежа федералистов, ему удалось бежать на Кюрасао, одевшись в сутану - самое ненавистное для него платье.
К концу своего затянувшегося изгнания, вдохновленный радостными сообщениями, которые привозили на Кюрасао политические эмигранты, стекавшиеся туда со всех островов Карибского моря, он сел на контрабандистскую шхуну и появился в Риоаче с запасом пузырьков, наполненных пилюлями, состоявшими всего лишь из чистого сахара, и с дипломом Лейпцигского университета, подделанным им собственноручно.
В Риоаче он даже заплакал от разочарования.
Туманные предвыборные надежды охладили пыл федералистов, которых эмигранты изображали готовым взорваться пороховым складом.
Подавленный своей неудачей и мечтая теперь только об одном - обрести надежное место, где бы спокойно можно было дожидаться старости, мнимый гомеопат укрылся в Макондо.
Он уже несколько лет занимал узкую, набитую пустыми пузырьками комнатушку в доме возле городской площади и жил за счет безнадежных больных, - испробовав все средства, они искали утешения в шариках из сахара.
Пока дон Аполинар Москоте был чисто фиктивной властью, агитаторские наклонности доктора оставались без применения.
Все свое время он тратил на воспоминания и борьбу с астмой.
Приближающиеся выборы стали для него путеводной нитью, которая помогла ему вновь отыскать клубок ниспровержения основ.
«« ||
»» [138 из
550]