Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
В тот день, когда Урсула навестила его в тюрьме, он после долгих размышлений пришел к выводу, что на этот раз смерть, вполне возможно, не известит его о своем приближении, поскольку она зависит не от случая, а от воли его палачей.
Мучимый своими нарывами, он не спал всю ночь.
Незадолго до рассвета в коридоре раздались шаги.
"Идут", - сказал он себе и почему-то вдруг вспомнил о Хосе Аркадио Буэндиа, который в эту самую минуту в угрюмой предрассветной полутьме тоже думал о нем, скорчившись на своей скамеечке под каштаном.
В душе у полковника Аурелиано Буэндиа не было ни тоски, ни страха, он испытывал лишь глухую ярость при мысли, что из-за преждевременной смерти ему не суждено узнать, чем завершится все то, что он не успел завершить...
Дверь отворилась, вошел солдат с чашкой кофе.
На следующий день, в тот же час, когда полковник Аурелиано Буэндиа по-прежнему сходил с ума от боли под мышками, повторилось то же самое.
В четверг он раздал часовым сласти, принесенные Урсулой, надел чистое белье, которое оказалось ему узким, и лаковые ботинки.
Наступила пятница, а его еще не расстреляли.
Дело было в том, что военные власти не осмеливались исполнить приговор.
«« ||
»» [187 из
550]