Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
Он появился без шума, без свиты, закутанный, несмотря на жару, в плащ; его сопровождали три любовницы, которых он поселил всех вместе в одном доме, где и проводил большую часть суток, валяясь в гамаке.
Он едва выбирал время для чтения депеш и донесений о ходе войны.
Как-то полковник Геринельдо Маркес обратился к нему за распоряжениями по поводу эвакуации одного пограничного городка - дальнейшее пребывание в нем повстанческих войск грозило международными осложнениями.
- Не тревожь меня из-за всякой мелочи, - приказал полковник Аурелиано Буэндиа.
- Спроси ответа у Божественного Провидения.
То был, пожалуй, самый критический момент войны.
Землевладельцы-либералы, на первых порах поддерживавшие революцию, заключили тайное соглашение с землевладельцами-консерваторами, чтобы помешать пересмотру прав на землю.
Политики-либералы, нажившие в эмиграции капитал на войне, публично осудили жесткие меры, принятые полковником Аурелиано Буэндиа, но даже это не вывело его из апатии.
Он больше не перечитывал своих стихотворений, которые занимали около пяти томов и валялись теперь, забытые, на дне сундука.
Ночью или во время сиесты он звал к себе в гамак одну из своих трех женщин, получал от нее примитивное удовлетворение и засыпал каменным сном, казалось, не нарушаемым даже тенью тревоги.
«« ||
»» [245 из
550]