Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
"Может, опять война, - подумала она, - а если не война, то, значит, смерть".
Мысль эта была такой отчетливой и убедительной, что Урсула восприняла ее как пророчество.
Вечером за ужином Аурелиано Второй взял хлеб в правую руку, а ложку - в левую.
Его брат-бдизнец, Хосе Аркадио Второй, взял хлеб в левую руку; а ложку - в правую.
Согласованность их движений была столь велика, что они казались не двумя сидящими друг против друга братьями, а каким-то хитроумным устройством из зеркал.
Этот спектакль, придуманный близнецами в тот день, когда они осознали свое полное сходство, давался в честь вновь прибывшего.
Но полковник Аурелиано Буэндиа ничего не заметил.
Он был так далек от всего окружающего, что даже не обратил внимания на Ремедиос Прекрасную, которая прошла мимо столовой совершенно голая.
Одна только Урсула осмелилась вывести его из задумчивости.
- Если ты собираешься снова уехать, - сказала она среди ужина, - хоть постарайся запомнить, как мы выглядели сегодня вечером.
«« ||
»» [259 из
550]