Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
Его требования были так справедливы, что позволяли надеяться на поддержку даже тех участников войны, которые принадлежали к партии консерваторов.
Но вместо ответа правительство усилило военную охрану у дома Буэндиа, поставленную якобы для защиты полковника, и воспретило любые визиты к нему.
На всякий случай подобные же меры были приняты и по отношению к другим опасным для правительства командирам повстанцев.
Операция была проведена так своевременно, энергично и успешно, что через два месяца после перемирия, когда полковник Аурелиано Буэндиа окончательно встал на ноги, все самые верные его помощники либо были уже мертвы, либо находились в изгнании, либо поступили на службу к правительству.
Полковник Аурелиано Буэндиа вышел из спальни в декабре, и ему с первого взгляда сделалось ясно, что о войне нечего и думать.
С энергией, казалось, уже невозможной в ее годы, Урсула еще раз обновила весь дом.
"Теперь они узнают, кто я такая, - сказала она в тот день, когда ей сообщили, что ее сын останется в живых.
- Не будет ни одного дома наряднее и гостеприимнее, чем этот сумасшедший дом".
Она распорядилась вымыть его и покрасить, сменила мебель, привела в порядок сад, посадила новые цветы и распахнула все двери и окна, чтобы ослепительное сияние лета проникало даже в спальни.
Потом известила всех об окончании многочисленных, наслоившихся друг на друга трауров и сама первая сняла старое черное платье и нарядилась, как молодая.
«« ||
»» [271 из
550]