Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
Как только он вошел, в нос ему сразу ударило зловоние от
горшков - они стояли на полу и были неоднократно использованы
по назначению. Хосе Аркадио Второй, облысевший, безразличный к
тошнотворным, отравляющим воздух испарениям, продолжал читать и
перечитывать непонятные пергаменты. Он весь светился каким-то
ангельским сиянием. При звуке открывшейся двери он лишь поднял
глаза от стола и снова опустил их, но брату было достаточно и
этого короткого мгновения, чтобы увидеть в его взгляде
повторение непоправимой судьбы прадеда.
- Их было больше трех тысяч, - только и сказал Хосе
«« ||
»» [1038 из
1392]