Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
- Я говорю! - крикнула Урсула.
- Даже не говорит, - сказал Аурелиано. - Умерла, как
сверчок.
Тогда Урсула сдалась перед очевидностью. "Боже мой! -
тихо воскликнула она. - Так это и есть смерть". И она затянула
молитву, бессвязную, длинную молитву, которая продолжалась
более двух дней, пока наконец во вторник не вылилась в
беспорядочную смесь обращений к Богу и практических
наставлений: истребляйте рыжих муравьев, иначе дом может
рухнуть, пусть не угасает лампада перед дагерротипом Ремедиос,
«« ||
»» [1134 из
1392]