Габриэль Гарсия Маркес - Сто лет одиночества
может быть, потому, что у него не было воспоминаний и ему не с
чем было сравнивать увиденное; пустынные улицы и заброшенные
дома выглядели точно такими, какими он рисовал их в своем
воображении в те дни, когда с радостью отдал бы душу, лишь бы
взглянуть на них. Он сам предоставил себе разрешение, в котором
ему отказала Фернанда, и решился выйти из дому, но только один
раз, с одной-единственной целью и лишь на самый короткий срок,
поэтому он пробежал, не останавливаясь, одиннадцать кварталов,
отделявших его дом от переулка, где в былые времена занимались
толкованием снов, и с бьющимся сердцем вошел в захламленное,
«« ||
»» [1216 из
1392]