Роберт Маккаммон - Лебединая песнь. Последняя война
— Сейчас — нет. Я…
Я борец, — сказал он. — Профессиональная борьба. Выступаю в роли плохого парня.
— Ох, — Свон подумала про это. Она вспомнила, что один из многих ее дядей, дядя Чак, раньше ходил на борцовские матчи в Вичите, а также смотрел их по телевизору.
— Вам это нравилось? Я имею в виду, быть плохим парнем?
— По правде говоря, это как бы игра. Я просто изображал плохого. И я не знаю, нравилось мне это или нет. Это просто было то, что я умел делать. — Суслик в норе! — сказал Поу-Поу. — Господи, пусть он уйдет!
— Почему он все время говорит про суслика? — спросила Свон.
— Его мучает боль. Он не понимает, что говорит.
Поу-Поу бредил что-то о комнатных тапочках, что хлебам нужен дождь, потом опять впал в молчание. От тела старика несло жаром как из открытой печки, и Джош понял, что долго тот не протянет. Лишь Богу известно, что произошло в его мозгу, когда он смотрел на взрыв.
— Мама говорила, что мы едем в Блейкмен, — сказала Свон, отвлекая его внимание от старика. Она поняла, что он умрет. — Она говорила, что мы едем домой. А вы куда едете?
— В Гарден-Сити. Я должен был там выступать.
«« ||
»» [146 из
988]