Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита
раскосые монгольские глаза, и лица белые и черные сделались безразличными,
по временам сливались, а воздух между ними почему-то начинал дрожать и
струиться. Острая боль, как от иглы, вдруг пронзила правую руку Маргариты,
и, стиснув зубы, она положила локоть на тумбу. Какой-то шорох, как бы
крыльев по стенам, доносился теперь сзади из залы, и было понятно, что там
танцуют неслыханные полчища гостей, и Маргарите казалось, что даже массивные
мраморные, мозаичные и хрустальные полы в этом диковинном зале ритмично
пульсируют.
Ни Гай Кесарь Калигула, ни Мессалина уже не заинтересовали Маргариту,
как не заинтересовал ни один из королей, герцогов, кавалеров, самоубийц,
«« ||
»» [835 из
1239]