Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита
люди добрые, шел рядом, следовательно, он был жив. И, конечно, совершенно
ужасно было бы даже помыслить о том, что такого человека можно казнить.
Казни не было! Не было! Вот в чем прелесть этого путешествия вверх по
лестнице луны.
Свободного времени было столько, сколько надобно, а гроза будет только
к вечеру, и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так
говорил Иешуа Га-Ноцри. Нет, философ, я тебе возражаю: это самый страшный
порок.
Вот, например, не струсил же теперешний прокуратор Иудеи, а бывший
трибун в легионе, тогда, в долине дев, когда яростные германцы чуть не
«« ||
»» [995 из
1239]