Сергей Москвин - Голод
По лицу Катерины он видел, что это не так. Ее кожа побледнела и покрылась глубокими морщинами, словно Катя внезапно постарела лет на десять. Да и вся поза женщины выглядела как-то слишком, даже чересчур (неестественно) напряженной.
Но, несмотря на это, тонкие губы Катерины растянулись в широкой улыбке.
— О да! — громко произнесла она. — Мне гораздо лучше. А скоро будет совсем хорошо. Я в восхищении. Жаль, что она этого не видит.
В голосе Катерины отчетливо звучал непонятный сарказм, словно она… Насмехается над ним! Но Максим никак не мог взять в толк, что это означает.
— О ком ты все время говоришь?! — повысил голос Макс. Странное поведение женщины испугало его не на шутку.
— О ком? — удивилась Катерина. Или ему это только показалось. — О дочери седого кормщика. Твоей любимой.
— О Юльке?! Где она?!
— После того, что ты сделал для меня, это уже неважно. Где бы она ни была, ей конец.
— Конец, — дрогнувшим голосом повторил Макс, отступая. По всему телу пробежала дрожь, а в душе вдруг откуда-то возникло ощущение совершенной им чудовищной, непоправимой ошибки. — Но что я такого сделал?
— Освободил меня!
«« ||
»» [247 из
281]