Сергей Москвин - Увидеть солнце
Вольтер тоже не переставал удивляться.
– Любопытный народ. Вы обратили внимание, как люди здесь одеты? – прошептал он на ухо Сергею, когда они миновали бар.
И то сказать, на Октябрьской рядом с нищим в совершенно невообразимых обносках мог оказаться разодетый тип в новенькой с иголочки кожаной куртке или длиннополом хрустящем плаще. Одежду, как и, похоже, любое снаряжение, можно было подобрать прямо здесь же, на станции, причем – на любой вкус и достаток. На одних лотках продавались все те же обноски, разве что немного подлатанные, зато на соседних – качественная, ни разу не надеванная одежда или добротное армейское снаряжение. Торговали всем этим горластые мужики, на все лады расхваливающие свой товар. Впрочем, чернявый тип, на прилавке которого лежали засаленный ватник с оторванными пуговицами и несколько пар таких или даже еще более грязных безразмерных штанов, от них не отставал.
– Вещи теплый! Савсем не дорого! – кричал он в движущуюся мимо лотков толпу, смешно коверкая слова.
Стоило Сергею чуть притормозить возле лотка, как торговец кинулся к нему.
– Атличный вещь! Теплий! И савсем не дорого, – засуетился он, хватая то штаны, то ватник и, похоже, собираясь примерить на него и то, и другое. Сергей брезгливо отшатнулся, но торговца это ничуть не смутило. – Бери. Патом пажалеешь, а поздно будет.
Сергей отмахнулся от этой невнятицы и зашагал дальше. Пока он отбивался от докучливого продавца, Вольтер куда-то подевался – видимо, заинтересовался чем-то другим. Пользуясь случаем, Касарин решил осмотреть стоящий на путях состав. Целых поездов в метро почти не осталось, кроме тех, что навсегда застряли в туннелях в момент Катастрофы. Да и те жители соседних станций постепенно разбирали на части и отдельные детали. Но здесь, на Октябрьской, похоже нашлось применение целому поезду, по крайней мере, большей его части.
Два вагона были превращены в гостиницу. На них даже было крупно намалевано от руки белой краской: «ОТЕЛЬ». Точнее, надпись была сделана на одном вагоне, а на соседнем, вместо нее, той же краской и так же крупно, были зачем-то нарисованы пять звезд. Сергей хотел зайти в поезд, чтобы посмотреть, как там внутри, но из этого ничего не вышло. В первом вагоне его остановили у дверей два мордоворота, объявившие, что «мест нет», во втором встретил плутоватый старик с продувной физиономией, предложивший с комфортом отдохнуть – он так и сказал «с комфортом», но запросивший за постой такую несусветную цену, что молодой человек поспешил ретироваться.
Однако особого внимания заслуживал третий вагон. То, что это не гостиница, Сергей понял сразу. Все окна и двери, кроме одних, здесь были забиты железными и пластиковыми листами, а над единственными открытыми дверями так же крупно было выведено: «ЛОМБАРД». Слово было незнакомым, да и надпись такая встретилась ему впервые. Заинтригованный, Сергей вошел внутрь. Изнутри вагон напоминал склад непонятно по какому принципу собранных вещей. Чего здесь только не было: одежда, оружие, фонари масляные и электрические, женские украшения, лекарства, какие-то журналы и даже несколько банок консервов.
– Желаете что-нибудь заложить или, может быть, прикупить? – обратился к Сергею распоряжающийся всем этим богатством кладовщик.
«« ||
»» [220 из
331]