Максим Осинцев - Консорциум
— И о Стасе рассказал?
— Рассказал, — опять вздыхая, отзывается Саша, глядя в потолок. — Ему достанется, уверен в этом. Но, кажется, я не удивил девушку этим. Такое чувство, что она уже знала о Стасе. А потом вышла, связываясь с кем-то по Исину. Вернулась и дослушала конец этой истории. Как думаешь, что с ним будет?
— Меня больше волнует, что там с Линой и Глебом, если честно, — отзываюсь я, ложась на застеленную кровать.
— Да, мне тоже.
В комнате повисает молчание. А ведь и вправду, как там Лина? Надеюсь, с ней все хорошо. Она очнется, пройдет такой же допрос, который явно уже был у всех остальных, кто не попал в лазарет и вернется к нам. Хотя нет, пусть лучше хорошенько отоспится и отдохнет. А Глеб? Выжил ли он? Смогли ли врачи достать пулю и откачать его? Было бы хорошо. Жаль терять такого товарища.
А Стас? Не знаю. С одной стороны, я чувствую, что в этой истории что-то не так и он не виновен. А с другой, я злюсь. Из-за того, что он нас предал? Или из-за того, что он мог сделать с Линой? Честно, не знаю. Я понимал, что он просто жертва обстоятельств, но опять же был разозлен на него. Но может быть, я просто устал.
— Ты, наверное, устал, да? — говорю я Саше.
Но мне никто не отвечает. Я смотрю на соседнюю кровать и вижу, как склонилась его голова на подушку. Он крепко спит. Это путешествие сильно нас всех вымотало. И мне следует последовать его примеру.
— Выключить свет, — уже не очень громко произнес я, и лампы погасли, погрузив нашу комнату во мрак.
Я сложил голову на подушку, а руки по привычке, начал засовывать под нее. И только потом понял, что чего-то не хватает. Фотографии. Но где она? Вроде бы она была со мной. Значит, осталась в старой одежде, которую я оставил в том кабинете, в котором меня допрашивали. Или я вообще не брал ее? Память подводила меня.
«« ||
»» [229 из
307]