Сергей Викторович Палий Безымянка
Спокойно перекусить, однако, не удалось. Не успели мы осушить и половины своих тарелок, как со стороны выставленной на путях дрезины донеслась громкая брань, и на стоянку вломились взрослые. Судя по наглым манерам и пренебрежительному обращению к шпане, трое бравых парней были уверены, что их здесь не пришибут и не пустят на корм.
Я отставил миску с похлебкой и вгляделся в полумрак. Ближайший визитер остановился, пошатываясь, метрах в трех — между мной и костром. Против света было не разглядеть черт лица, но я мог поклясться, что встречал этого кренделя, причем совсем недавно.
— Наколка, братишка… — фамильярно возвестил он, вступая в круг света и щурясь на керосинки. — Угадай, кто грибочками веселыми удолбался…
— Здорово, Хлебопашец, — не разделяя радости пришлой троицы, ответил король волчат.
Хлебопашец потрепал за щеку одного из своих спутников и глубокомысленно произнес:
— О-о, волшебная щека.
Тот вяло отвернул рожу и недовольно фыркнул, словно разбуженная лошадь.
— Были на открытии туннеля? — спросил Наколка.
Я быстро переглянулся с Евой, приподнявшей пистолет. Вот не повезло-то: свита Эрипио оказалась проворнее, чем сам предводитель. Если эти упыри не окончательно углючены и хоть что-то соображают, то сдадут нас шпане в момент.
— М-м-м… — покивал гопник, сражаясь с наркотическим дурманом. — Открытие провалилось. Бункерская шваль погнала нас с Московской поганым поездом.
«« ||
»» [152 из
271]