Сергей Викторович Палий Безымянка
Когда показались огоньки заставы, Ева остановила нас и посигналила фонарем. Некоторое время мы ждали ответа, оглядываясь и шумно дыша. Наконец, возле блокпоста несколько раз мигнуло.
— Вперед, — скомандовала Ева.
Пробегая мимо двух оборванных караульных, сидящих за щитом из склепанных авиадеталей, она бросила на ходу:
— Волчата.
Мужики тут же всполошились, щелкнули затворами «калашей» и направили фонари в глубину туннеля — видно, не впервой было им сдерживать натиск малолетних бандитов. Дожидаться развязки мы не стали, побежали дальше.
Советская напоминала Спортивную — такие же колонны в два ряда, неширокая платформа, низкие своды. Правда, пол здесь был выложен бордовым мрамором, что придавало и без того мрачной станции гнетущих ноток.
Среди многочисленных диких, переполнявших Советскую, попадалось много радикальных поборников культа Космоса, облаченных в пугающие одежды из брезента, промасленных трубок и дюралевых пластин. В центре станции собрались кандидаты в отряд ждущих. Они совершали хитрый ритуал: по очереди ныряли сквозь турбину с выпотрошенными внутренностями, а на выходе сигали через костер, задирали головы к закопченному потолку и провозглашали: «Усовестись, безблагодатный! Хряпу грязную отринь! Охвостье чужое откинь!»
Ох-хо-хо, МС Арсений, где ты, родной?
Пути здесь были затоплены по кромку рельса, и, чтобы окончательно не начерпать воды, мы взобрались на перрон.
Местные оборвыши проводили нас голодными взглядами. Один попытался даже состроить из себя несчастного и привязался с нытьем и просьбами помочь «крохой грибной, водичкой наливной». Вакса развернулся, брезгливо оттолкнул нищеброда и гаркнул:
«« ||
»» [162 из
271]