Сергей Викторович Палий Безымянка
Как же здесь все-таки тихо, если не шуметь. Воздух будто пропитан невидимой субстанцией, поглощающей звуки. Даже биения сердца не слышно, хотя я чувствую, как оно колотится в груди.
— Надеюсь, там то, что нам нужно, — сказала Ева, переведя дух. — Продукты. Уголь. Редкие лекарства.
— Наверное, — без энтузиазма отозвался я.
Почему-то теперь, когда мы почти добрались до цели не хотелось никаких райских кущ. Осталась лишь неодолимая жажда дойти и открыть заветные двери. И отчего-то душу точила злая уверенность, что за ними — пусто. Ну, может быть, не совсем пусто, а какое-нибудь заштатное ГБ-хранилище с брикетами соли и упаковками противогазов.
Сейчас мне казалось, что на самом деле никогда не было и не предвидится никаких вторых шансов для рухнувшего мира и подернутого пеплом мегаполиса. Так и будем мы копошиться под землей, словно ослепшие кроты. Делить клочки отравленной почвы, прогрызать новые и новые границы, возводить стенки, строить заградительные посты и чертить демаркационные линии. И единственная наша отрада в том, что мы иногда с грустью вспоминаем о прошлом. Редко-редко. Да и эта отрада сомнительная, потому что в прошлом мы так же рыли, делили, возводили и отчеркивали.
Роем и роем границы. Роем и роем. А чтобы создавать о себе человеческое впечатление, мы, убогие, косноязычно делимся друг с другом одинаковыми страхами, пустыми байками и никчемными радостями.
И возникает резонный вопрос: а достойна ли такая жизнь чего-то большего? Или хватит с нее кило соли да ящика с противогазами?
— Сомнения — это тоже часть пути, — сказала Ева, поймав мой потухший взгляд. — Самая трудная его часть…
— Хватит строить из себя провидицу, — оборвал я ее философские измышления. — Лучше скажи, что за лекарство тебе нужно?
— Цианокоболамин. Проще говоря, витамин В12. Его запасы давно кончились у барыг с Клинической, а в армейских хранилищах ампулы должны быть.
«« ||
»» [247 из
271]