Вадим Панов - Кардонийская рулетка
— Согласен ли ты с тем, что все они скоро умрут?
— Нет, Отто, даже не думай — никаких прогулок на катере! — Смех. Отто пытается объяснить, что нормы приличий будут соблюдены.
— Глупо отрицать очевидное, — ответил Шо.
— Атеисты, религиозные фанатики, полицейские, борцы за свободу, адигены, простолюдины — никто не останется навсегда. Мы пытаемся сделать мир иным… мы делаем его иным, будим людей, открываем им глаза, но мы уйдем, а мир останется. Пусть измененный, но останется. Повседневный мир: будничный и тусклый, как черно-белые картинки твоей любимой синемы. Он просыпается изредка: войны, революции, катастрофы… Расцветает ненадолго, но вскоре вновь засыпает. Мы его изменим, обязательно изменим, но вскоре мир снова станет скучным, а потому необходимо постоянно наполнять его красотой. Постоянно добавлять изящества. Добиваться того, чтобы мир не засыпал, чтобы изменения его стали перманентными.
— За деньги?
Повторять вопрос было еще более опасно, чем задавать его в первый раз, однако Лайерак не разозлился.
— Меня, к примеру, забавляет тот факт, что одни эксплуататоры пытаются с нашей помощью свести счеты с другими…
— Я чувствую себя проституткой.
— Ребята, фильма начнется через пятнадцать минут! Бежим!
Молодой Отто умчался, держа за руку одну из девчонок. Исчез в толпе, случайный тезка, а Отто старый, проводивший студента странным взглядом, в котором боль смешалась с завистью и раздражением, вернулся к тому, с чего начал:
«« ||
»» [616 из
791]