Ник Перумов Череп на рукаве
Как заворожённый, я смотрю на пузырь. По плотной коричневой оболочке пробежала трещина, другая... кожистые покровы расходятся с мокрым чмоканьем, и я вижу создание – что то вроде всё того же «жука», но со стрекозиными крыльями, крупными многофасеточными ярко зелёными глазами, что, по моему, способны светиться в темноте, вздутым (и равномерно пульсирующим) брюшком, сквозь которое просвечивают зелено коричневые внутренности, и внушительных размеров крючковатыми челюстями; чуть пониже их вздрагивает, словно от нетерпения, острая игла жала, с неё одна за другой скатываются мутно желтоватые капли. Тварь переполнена ядом, она не в силах даже удержать его в себе.
Мы смотрим друг на друга. Я, закованный в броню, высшее достижение человеческой мысли, – и неведомое существо, только что вылупившееся из глубины живородящего потока, с одной единственной целью – убивать.
Мы смотрим друг на друга. В наушниках вдруг раздаётся истошный визг Гилви. Что то вроде «стреляй, Рус!».
Я не реагирую. Я смотрю на «жука». Тот медленно расправляет стрекозиные крылья, с гудением взлетает, зависает над краем потока. Смотрит в упор на меня. А я – на него.
И тут мои руки сами делают совершенно невозможный поступок. Они, руки, словно стремятся повернее и побыстрее покончить со мной. Никогда не думал, что буду склонен к суициду.
Мои руки поднимают забрало. Не обращая внимания на безумную пляску алых предупредительных огней на всех мыслимых индикаторах. Мне кажется, что я слышу словно чей то слабый голос, на самом пределе слуха, или даже нет, на самом пределе мысли. Меня вдруг вновь захлёстывает то странное состояние, которое я уже испытал один раз – тогда, в коридоре «Мерены», когда решалась моя судьба и Валленштейн с моим ротным как раз и спорили с риттмейстером, моим нынешним спутником...
Я знаю, что должен открыть забрало. Странно, но я не чувствую одуряющей вони, я вообще ничего не чувствую. Всё, что остаётся в этом мире, – зелёные фасеты «жука» убийцы в полутора метрах от меня. Его крылья трепещут, однако он не двигается с места.
Мы смотрим друг на друга. Ни он, ни я не шевелимся.
44
«« ||
»» [274 из
417]