Ник Перумов Череп на рукаве
– Они с радостью отдадут свои жизни во имя торжества дела свободы! – пылко ответили мне.
Фанатики, блин. Зачем мы им? Почему так важно уничтожить крошечную горстку плохо вооружённых, оторванных от главных сил солдат? Почему интербригады вообще ввязались в это дело?
– Тогда валяйте, – сказал я, поспешно падая в траву. И вовремя – меня, похоже, всё это время держали на мушке. Пули засвистели над самой головой.
...Мы снова ползли, змеями стелясь по земле. Мины рвались совсем рядом, воздух резали пулемётные очереди – интербригадовцы явно не испытывали недостатка ни в оружии, ни в боеприпасах. Вновь загудели винты геликоптеров.
И снова – сшибка, короткие выстрелы из огнемётов.
Передо мной из травы вскакивали совсем молоденькие мальчишки и девчонки. Очумевшие от страха. Совершенно необученные. Пушечное мясо. О грудную пластину брони вскользь стегнуло пулей – словно удар хлыстом.
Мы убивали. Коротко и беспощадно. Живые факелы с воплями бросались в разные стороны; сил кричать им хватало очень ненадолго.
И, быть может, мы бы даже прорвались – если бы не вертолёты. Когда они зависли над самыми головами и упал наш единственный пулемётчик – никакая броня не выдержит удара четырнадцати с половиной миллиметровой пули с сердечником из обеднённого урана.
– Хорошо, мы сдаёмся, – наконец вытолкнул я из себя.
Проклятье. Трижды и четырежды. Но мне нельзя умирать. Хотя – кто знает? – быть может, потом это сочтут просто удобной отговоркой?
«« ||
»» [294 из
417]