Полина Каминская Ник Перумов - Посредник
Паспорт. Пенсионная книжка… Стоп, а это еще что такое?
Сколотые скрепкой, там лежали две бумаги. Одна – сугубо официальная, с какими то сиреневыми печатями и подписями. Другая – исписанная четким и красивым бабушкиным почерком.
Инстинкт советского человека заставил Сашу прежде всего взглянуть на официальный документ. Это оказалось завещание. Надежды матери и Ирки рушились в прах – квартира оказалась приватизирована и завещана. Отнюдь не им, ближайшим родственникам. А некоему Игорю Валерьевичу Поплавскому.
Саша как стоял, так и сел. Какой такой Поплавский? Какое такое завещание? Ничего не понимаю… Взгляд Саши невольно упал на вторую бумагу. Это оказалось письмо, и было оно адресовано ему лично.
«Сашенька!
Увы, мой милый, раз ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет на свете. Знаю, мой хороший, что тебе будет больнее всех.
Ненавижу и не верю старикам, которые на вопрос: проживи вы жизнь заново, что бы вы сделали по иному? – гордо отвечают: «Ничего!» Всегда есть что изменить и что исправить. Мне тоже. Невозможно, скажешь ты?
Не стану вдаваться в подробности, скажу лишь, что для меня это оказалось возможно. И это – великое счастье.
Верю, милый, что ты понял бы меня, поэтому поверь просто так, как верил мне всегда. Игорь Валерьевич Поплавский – близкий мне и очень порядочный человек. Да, мой дорогой, я всегда говорила, что квартира эта – твоя. Но Игорь Валерьевич сделал для меня столько, что я не могла его не отблагодарить. Поверь и прости. Твоя бабушка была очень счастлива. Очень. Как только может быть счастлив человек.
Письмо это – только для тебя. Что скажут остальные – мне все равно. А вот если бы ты рассердился, мне было бы больно».
«« ||
»» [30 из
353]