Полина Каминская Ник Перумов - Один на один
– А короче – мы еще тогда поняли, что ваши… ну, люди, прошедшие через ваш аппарат…
– Вы говорите таким тоном, будто они прошли через Освенцим! – брюзгливо вставил Поплавский.
– …способны переносить какие то детали СВОЕГО мира в НАШ, – продолжал Саша, не обращая внимания на замечание Игоря.
– Помню.
– Тогда… – Саша глубоко вздохнул. – Выводов два. Первый. Этот отель… – Он покопался в принесенном бумажнике, вытянул оттуда цветную бабочку «Понтиви». – Юра перенес в Карибское море из СВОЕГО мира. Кстати, не факт, что он и сам об этом знает… И второй. Я почти уверен, что крысы в метро – тоже происки кого то из ваших клиентов.
– Чрезвычайно увлекательно, – произнес Поплавский. – Хотя не могу не признать, что слово «клиенты» почему то режет мне слух. – Саша пожал плечами. – И, простите мне мою назойливость, но я повторю свой вопрос: зачем вы пришли? Чтобы порассуждать вместе со мной о судьбах моих клиентов? Весьма сожалею, но меня это больше не интересует.
– Вы не хотите мне помочь? – удивился Саша.
– Нет. Не примите это только лишь на свой счет, но плотное общение с вашей семейкой вообще отбило у меня охоту кому либо помогать. – «Точно, – вспомнил Саша, – мать что то жужжала про "сволочь Поплавского", который оттяпал бабушкину квартиру». – А даже если и хотел бы помочь, то, увы, уже не смогу. У меня завтра – са мо лет! – Поплавский развел руки в стороны и покачал ими, словно крыльями. – В Париж. Бонжур, лямур, тужур. Одним словом, оревуар.
– Но вы не можете… – возмущенно начал Саша.
– Очень даже могу, дорогой вы мой! – У Поплавского на лице сияла такая простодушно издевательская улыбка, что Саше захотелось его ударить. Сжав зубы, он мысленно сосчитал до десяти, а потом сказал ровным голосом: – Я попрошу, если можно, ответить хотя бы на один мой вопрос. – И, сделав над собой усилие, добавил: – Пожалуйста.
«« ||
»» [152 из
362]