Захар Петров - Муос
Радист хочет петь вместе с ними, но не знает слов. А учитель смотрит на него строго, и тут оказывается, что учитель этот — Миша. Он замечает, что Игорь молчит, но Радисту уже все равно: он не боится ни Миши, ни вообще кого-то и чего-то в этом мире. Миша подходит к Радисту и превращается в морлока, который, разевая свою беззубую пасть, настойчиво бубнит в лицо: «Площадь трапеции равна произведению полусуммы…»
Неожиданно на помощь Радисту приходит Светлана. Он еще лежит с закрытыми глазами, когда понимает, что она рядом. Так пахнет и дышит только она. Игорь не открывает глаз, боясь, что девушка снова исчезнет. «Значит, я не в аду, ведь Светлана не могла попасть в ад. Значит, это снова видение». Радист пересохшими губами тихо сипит неузнаваемым голосом:
— Света?
— Очнулся, слава богу…
Дальше происходит чудо. Ладонь, которую он узнал бы среди миллионов других ладоней, нежно прикасается к его лбу. В прошлых видениях Светлана к нему не прикасалась. Значит…
— Ты бредил, с какими-то «демонами» и «слугами» ругался. Меня от них спасал. Давай, подымайся, покушай немного.
Боясь, что он делает что-то непоправимое, Радист все же открывает глаза. Но ничего не происходит — Светлана не исчезает. Измученная душа Радиста не может принять эту явь.
— Ты не настоящая… — шепчет он.
В ответ Светлана склоняется и целует его в губы. Радисту не с чем сравнить ее поцелуй, но он может поспорить, что целовать так тоже может только его любимая. А она, улыбаясь, продолжает:
— Ну, давай, кушай, набирайся сил. Я так соскучилась по тебе…
«« ||
»» [202 из
264]