Татьяна Полякова - Трижды до восхода солнца
― Ничего, переживем, — пожала плечами Агатка.
Передвигалась мамуля с большой осторожностью и ужин заказали из ресторана. Но все равно он удался на славу. Мама заявила, что в понедельник собираетсяся выйти на работу, и папа в преддверии счастливого события сиял, как новенькая монетка. Сестрицу все-таки попыталась завести разговор об убийстве Юдиной, но была остановлена гневным маминым рыком:
— Только разговоров о трупах мне здесь не хватало. В общем, собрав со стола посуду и устроившись в гостиной, мы беседовали исключительно о переменах в моей трудовой биографии. Агатка заверила, что приобрела в моем лице ценного работника, мамуля довольно улыбалась, после чего заговорила о делах на личном фронте. Но тут ни я, ни сестрица ее не порадовали. Стойко продержавшись три часа, мы засобирались восвояси, папа провожал нас до двери, и я позволила себе напомнить о Юдиной.
— Человеком она была сложным, — в ответ на вопрос, что он думает по поводу убийства, ответил папа. — Иногда ей не хватало объективности. Но руководствовалась она не собственной выгодой, а исключительно заботой об обществе. Очень многие ее статьи, особенно те, в которых речь шла о коррупции, явились поводом обратить на приведенные и них факты наше самое пристальное внимание. Как результат — несколько уголовных дел. Казнокрадов-чиновников в городе стало меньше, а врагов у нее больше.
― То есть убийство связано с ее профессиональной деятельностью?
— По крайней мере, ее коллеги-журналисты в этом абсолютно уверены. А что касается меня… Поживем — увидим.
— Папа считал ее полезным членом общества, — сказала я, когда мы, покинув квартиру родителей, шли к Агаткиной машине.
― Наш папа физически неспособен говорить о женщинах плохо. А о покойнике плохо говорить вообще грех.
― Пожалуй, стоит позвонить бывшему, — поразмышляв немного, решила я.
― Олегу?
«« ||
»» [101 из
280]