Татьяна Полякова - Трижды до восхода солнца
— Вот именно, — вздохнула Агатка. — Народу пруд пруди, волнение, то да се… в суете легко перепутать своих и чужих.
— Я не понимаю… — еще больше нахмурился Николай, Гришин оказался куда понятливее. Покивал с отрешенным видом и произнес:
— Боже мой…
— Виктор Степанович, — повернулся к нему Николай, устав теряться в догадках.
— Иди, Коля, — махнул он рукой. Как только за менеджером закрылась дверь, он придвинулся к нам, навалившись грудью на стол, и спросил шепотом: — По-вашему, это было… спланировано?
— Не будем спешить с выводами, — ответила Агатка. — У нас есть список. Проверим остальных.
— Но я никому не давал поручения, о котором говорит Ефимия Константиновна, — затряс головой Гришин. — Вы понимаете? Никому. И если все это вашей сестре не привиделось… меня подставили, ― перешел он на хрип, здорово меня напугав. — Завистники… вы не представляете, сколько у меня врагов. А почему? Потому что я вкалываю как проклятый, Потому что отдыхал последний раз пять лет назад, потому что…
— Виктор Степанович, об этих странных, мягко говоря, событиях пока знает очень ограниченный круг лиц. Возможно, мы во всем разберемся сами. С вашей помощью, разумеется, — напомнила Агатка. — Вдруг девушка найдется и объяснение ее словам тоже.
— Я верю, что вы хотите мне помочь, но… это все мемуары Авроры, да? — вновь перешел на шепот Гришин и покосился на дверь. — Она постоянно твердила, что это будет бомба. Доболталась, старая дура, — с печалью закончит он.
Идея вселенского заговора по-прежнему вызывала у меня сомнения, но теперь становилась все более вероятной. Вместе с Гришиным мы отправились в «Успенскую слободу». Он предпочел свою машину и, оставшись в одиночестве, все взвесив по дороге, заметно успокоился. Если мне идея заговора казалась Невероятной, то он тем более склонен был считать, что я, мягко говоря, фантазирую. Не было никакой официантки, и поднесенной ею рюмки тоже не было. Неприятности ему не нужны, а они непременно возникли бы, окажись все это правдой. Однако слова о компетентных органах даром тоже не прошли, и Гришин все еще хотел нам помочь. Расчет его был прост: если следов липовой официантки не обнаружится, нам придется с миром убраться восвояси, потому что на поверку останутся лишь слова, никем и ничем не подтвержденные.
«« ||
»» [116 из
280]