Татьяна Полякова - Трижды до восхода солнца
— Тачку брошу возле офиса, завтра заберешь. И окажи уважение сестре, занеси утром мое пальто в химчистку.
— До меня дошло, — кивнула я. — Завтра я буду абсолютно здорова.
Агатка хмыкнула и скрылась за дверью, а я вернулась в комнату, прикидывая, может, стоит позвонить кому-нибудь из подруг, раз уж у меня сегодня выходной.
На столе лежал Агаткин мобильный. Сестрица без него все равно что без рук, удивительно, как она могла его забыть. Бросаться за ней вдогонку было лень, и я решила сбросить ей мобильный с балкона, замотав полотенцем и сунув в пакет. Пока я искала пакет и полотенце, сестрица успела сесть в «Ауди», фары машины уже горели. Я открыла балконную дверь в тот момент, когда к машине быстро приблизился мужчина, ярко-красная куртка, бейсболка, он шел от гаражей, что отделяли наш двор от соседнего. Наклонился к окну, за которым сидела Агатка. Я как раз шагнула на балкон и выкрикнула ее имя. Парень вскинул голову, а потом припустился в переулок. Меня вдруг качнуло, да так, что пришлось вцепиться в перила балкона.
— Агатка! — отчаянно заорала я. Из машины она не появилась, может, просто не слышала. Дворники работали, но «Ауди» продолжала стоять на месте.
Я попятилась с балкона, а потом побежала. Выскочила на улицу как была, босиком, с дурацким пакетом в руке, и бросилась к машине. Окно со стороны водителя было открыто, я рванула на себя дверь, сердце стучало в горле. Агатка сидела, откинув голову, безвольные руки на коленях, глаза закрыты, посиневшие губы силились что-то произнести.
— Агатка! — снова заорала я и почувствовала запах, тот самый запах, который надеялась забыть навсегда. И только тогда поняла, что это за пятно на Агаткином плече.
— Господи, — пробормотала я, и тут сестрица вполне отчетливо произнесла:
— Не ори, дура. Лучше «Скорую» вызови.
Еще одна жуткая ночь в больнице. Узкий коридор, кушетка в углу, мама, как-то сразу постаревшая, нереально маленькая, точно ребенок, отец с землисто-серым лицом, взгляд потерял всякое выражение от боли, и я с пустой пачкой сигарет, зажатой в руке, Наконец появился врач, улыбаться начал еще за двадцать шагов, надеясь вселить в нас уверенность и оптимизм.
«« ||
»» [168 из
280]