Татьяна Полякова - Трижды до восхода солнца
— Слушай, а тебе не очень уютно в этом мире.
— Ты сейчас о чем? — ухмыльнулся Берсеньев. — О вере в человечество, придурок.
— С верой туговато, тут ты права. Хочешь считать своего дружка приличным парнем — ради бога. Просто сохраняй объективность. Это лишь одна из версий, — добавил он.
— И мне она не нравится. — Ничего. У нас еще папа есть. Как у старика с моральным обликом? Не очень? — Не очень, — скривилась я.
— Отлично. Значит, могла быть причина избавиться от жены-старушки. И в самом деле, пожила довольно, пора и честь знать, уступив дорогу молодым. При разводе ему пришлось бы оставить половину бабла, нажитого непосильным трудом, бывшей. Это ли не повод угостить ее текилой? Как видишь, у нас уже две версии, и обе вполне вероятные. А скажи-ка, моя несмышленая подруга, Агатка что, тачку поменяла? В репортаже с места злодейского происшествия показывали «Ауди».
― Это моя машина, — ответила я, а сердце вдруг екнуло.
— И стреляли возле твоего дома?
— Черт, — пробормотала я и добавила мысленно: «Почему я об этом не подумала?» — Ее машина была на техосмотре, она взяла мою и мое пальто надела.
— А еще вы очень похожи, — кивнул Берсеньев. Тот же рост, фигура, только у тебя титьки больше…. лирическое отступление, — хмыкнул он. — Считай это комплиментом. Цвет волос и даже прическа.
— Я вышла на балкон, окликнула Агатку, он поднял голову и меня увидел… скорее всего, и промазал по этой причине. Предположим, нас с сестрой спутали, но сути это не меняет, в меня могли стрелять только по одной причине: мы где-то зацепили убийцу Юдиной.
«« ||
»» [184 из
280]