Татьяна Полякова - Трижды до восхода солнца
— Идем, идем. Если продолжишь в том же духе, то вскоре сможешь убедить себя, что виновата во всех преступлениях человечества. От первородного греха до холокоста. Это порочный путь, дорогая.
— Да пошел ты, — огрызнулась я, но чужой прозорливости подивилась.
Дверь нам открыла девушка лет двадцати двух, высокая, темноволосая и кареглазая. Может, и не красавица, но цену себе знала. Голову держала гордо, взгляд спокойный и уверенный. Домашнее платье из зеленого трикотажа и шлепанцы на высоком каблуке.
— Сергей Львович, — протягивая руку, представился Берсеньев, окинул оценивающим взглядом девушку с ног до головы и выдал свою коронную улыбку, правда, с намеком на большую печаль, соответствующую случаю. Девушка аккуратно пожала его руку, Берсеньев задержал ее ладонь в своей, а потом поцеловал. Щеки девушки заалели, то ли к поцелуям она была не приучена, то ли Берсеньев успел произвести впечатление.
— Проходите, пожалуйста, — несколько суетливо предложила она, даже не посмотрев в мою сторону.
— Это Юля, — кивнул на меня Берсеньев. — Она работала у отца Насти несколько лет и хорошо ее знала.
— Даша, — ответила девушка, но взгляд ее тут же метнулся от меня к Берсеньеву. Он помог мне снять пальто, определил его на плечики, не спеша снял куртку. Девушка тут же подхватила ее и повесила в шкаф сама. Достала тапочки и терпеливо ждала, когда мы переобуемся.
Вслед за хозяйкой мы прошли в просторную комнату. Квартира обставлена небогато, но со вкусом. Берсеньев занял кресло напротив окна, я села рядом с хозяйкой на диван, застеленный пушистым пледом.
— Простите за беспокойство, — начал Берсеньев. — Но… несколько часов назад мы узнали о трагедии… У Насти нет родственников, за исключением мужа, и мы подумали… кто-то должен заняться похоронами… возможно, нужна наша помощь. Мы были у господина Малахова, но он сейчас в таком состоянии… вот и решили поговорить с вами. Вы ведь близкая подруга Насти?
— Да. Дружили со школы… Значит, вы были у него? — Девушка покачала головой, точно сомневаясь в разумности подобного поступка. — И как чувствует себя Станислав Игоревич?
«« ||
»» [257 из
280]