Татьяна Полякова - Трижды до восхода солнца
— Я задавал себе тот же вопрос. И все же надеюсь на твою помощь. Потому что мы друзья или, по край ней мере, были ими, потому что мне не к кому боль ше обратиться и потому что никому, кроме тебя, я не поверю.
Агатка вздохнула и с минуту буравила его взглядом.
— Ты сам-то ее книгу видел?
— Нет. Я ведь относился к затее мамы как к очередному безобидному увлечению. До этого она занималась вышивкой, разводила розы и рисовала акварели. Я был рад, что она не зачитывает мне главы вслух. Акварелями, розами и вышивкой приходилось любоваться. После смерти мамы отец запер ее кабинет и никого туда не пускает.
— Так, может, и нет никакой книги? — с надеждой спросила я. — Твоей маме нравилось держать людей в напряжении, а ничего писать она не собиралась.
— Книга существует. Отец это подтвердил. Но, не смотря на мои просьбы, отказывается показать мне рукопись, это тоже кое о чем говорит.
— Например, о том, что ему просто тяжело заходить в ее кабинет и держать в руках рукопись, над которой она работала в последние дни, — заметила я.
— И это я допускаю. Я ничего не знаю наверняка, — очень серьезно произнес он, — но хотел бы знать. Простите, что отнял у вас столько времени. — Сергей поднялся и молча уставился на Агату. Хорошо зная сестрицу, я была уверена, что в тот момент она мысленно чертыхалась.
— Попробуем, — неохотно произнесла она.
— Спасибо, — сказал Сергей и направился к двери, притормозил и, обернувшись, добавил: — Как я уже сказал, в расходах себя на ограничивайте. Я заплачу любые деньги.
«« ||
»» [46 из
280]