Татьяна Полякова - У прокурора век недолог
— А меня Вика. Я сейчас… минут пять.
Я кивнула и вышла из комнаты, решив дожидаться ее на улице. Вика появилась через десять минут.
— Ваша машина? — спросила она, ткнув пальцем в "Жигули". — А у моих предков "Запорожец". Кошмар. Лучше пешком ходить. Вы меня правда отвезете? Я в Березках живу, у самого элеватора. Добираться с пересадками, такая морока.
— Конечно, отвезу, — улыбнулась я. Мы устроились в машине, Вика закурила, а я спросила немного заискивающе:
— Вы не очень торопитесь?
— Куда торопиться-то… Парня у меня нет. Дома мать с отцом, ругаются, наверное… телик надоел…
— Я с вами хотела поговорить о Лене.
— Зачем? — удивилась она.
— Я журналист, а здесь такая история…
— Ленка чокнутая была. Не скажешь, что совсем дура, но и на умную не похожа. Ущербная, одним словом. И врушка. Верить ей совершенно нельзя. Такое нагородит… У нас сегодня из милиции были, всех расспрашивали, Константиновна, заведующая наша, то сказала: чуяло мое сердце, этим и кончится. Она, Ленка то есть, один раз газеты потеряла. Как умудрилась, загадка, хотя она всегда на ходу спала. Ну вот, потеряла газеты, бежит на почту и орет как чумовая: делайте со мной, что хотите. Константиновна ей: как же так, Лена, внимательнее надо быть. А она в ответ: я утоплюсь. Ну не дура ли? Из-за газет топиться. Газеты нашлись, на скамейке лежали, бабка какая-то принесла, свистнули-то всего пару штук. А Ленка валерьянку глотала, губы белые, и все бормочет: я утоплюсь. Говорю, чокнутая…
«« ||
»» [104 из
285]