Игорь Пронин - Наполеон 2. Стать Богом
– Плачешь? – хмыкнула Бочетти, разглядывая пленницу. – Обидно, да? Больно? А взгляни ка на мои руки!
И действительно, следы от ремней, которыми гренадеры скрутили ее в подземелье Сфинкса, выглядели внушительно. От испуга Мари перестала плакать и вопросительно посмотрела на Бочетти. Та усмехнулась в ответ.
– Нет, ты мне не нужна. По крайней мере, пока не нужна. Для начала я хочу получить назад одну вещицу, которая мне очень дорога. И хочу узнать, насколько ты дорога мсье Остужеву...
...Остужев тоже искал Мари, так же, как и его товарищи. Однако графине повезло первой. А к временному лагерю, который друзья устроили себе в пустыне, однажды утром прискакал мамелюк и передал короткое, но важное сообщение: если они хотят еще хоть раз увидеть Мари, то Джина готова расстаться с ней за Саламандру, а Льва Остужев может оставить себе. Как именно он доберется до Бонапарта, и что с ним сделает, значения для Бочетти не имело.
– Постой, а как мне поговорить с твоей Фатимой?! – побежал за мамелюком Остужев, но тот и не подумал остановиться.
Плюнув, Александр вернулся к друзьям в полной растерянности. Он понятия не имел, как теперь добраться до Бонапарта, окруженного всей армией, да еще и головорезами Колиньи.
– Она просто хочет натравить тебя на генерала, – сказал Байсаков. – Думает: «Кто бы кого не убил, а все равно я хоть немного, но отомстила!» Не ходи никуда. Надо найти, где эта Бочетти обосновалась, и отбить Мари. Если она вообще у нее.
– Я пойду искать! – вскочил Гаевский. – Переверну Каир, но найду ее! Не могла наша графиня далеко уехать.
– Все пойдем! – заспорил Иван, которому еще в Италии очень понравилась француженка. – Саша, ведь так?
– Погодите, – Остужев, приложив ладонь к глазам козырьком, всматривался в пески. – Еще кто то идет к нам.
«« ||
»» [126 из
145]