Ричард Бейкер - Приговор
Демонов, которые досаждали им во время спуска по нити, черный храм, похоже, не интересовал. Во всяком случае, ни один из монстров не стал преследовать дроу, когда они сошли с нити. Впервые за долгое время темные эльфы просто шли вперед, пересекая огромную наружную, площадь, а стены храма все приближались и приближались, их уже можно было рассмотреть во всех мрачных подробностях.
Квентл повела их к острым краям пролома в циклопической стене, к гигантской расселине, бывшей, должно быть, портиком храма. Время от времени они проходили мимо каких-то странных неживых фигур больших паукообразных существ, казавшихся высеченными из мягкого черного камня. Как ни странно, эти окаменевшие фигуры делались все меньше и меньше по мере того, как дроу приближались к расселине. Халисстра выбросила эту загадку из головы, сосредоточившись лишь на стоящей перед ней цели.
Наконец они добрались до входа в храм и заглянули внутрь. На них смотрело огромное лицо, лицо потрясающе красивой эльфийки, черты ее были спокойны и неподвижны, словно она погрузилась в созерцание. Вырезанное из прекрасного черного камня изображение лика Паучьей Королевы перегораживало проход от края и до края. Лишь в ее полуприкрытых веками глазах была жизнь. Безучастно взирающие на стоящих перед нею крохотных просителей глаза Ллос сверкали злым, дьявольским ликованием, относящимся исключительно к каким-то далеким, неведомым им мыслям или событиям.
Дроу замерли, глядя вверх с изумлением и ужасом, и Квентл распростерлась перед изображением своей богини. Халисстра и Данифай немедленно присоединились к ней, бросившись ниц на холодный черный камень. Даже мужчины упали наземь, лицами вниз, отведя взгляды. Тзирик, как жрец Варауна, ограничился тем, что преклонил одно колено и почтительно опустил взгляд. Он не служил Королеве Паутины Демонов, но и он, и его единоверцы, несомненно, признавали ее божественность.
– Великая Королева! – воззвала Квентл. – Мы пришли из Мензоберранзана, чтобы умолять тебя вернуть благосклонность нашим жрицам! Наши враги посягают на твой священный город и грозят твоим слугам гибелью. Мы смиренно молим тебя научить нас, что мы должны сделать, чтобы увидеть одобрение в твоих глазах. Даруй нам вновь свою святую силу, и мы будем охотиться на твоих врагов, пока кровь их не затопит Подземье, а ты не пресытишься их душами!
Лик безмолвствовал.
Квентл долго ждала, все еще распростершись на камне, потом облизнула губы и вновь обратилась с молитвой. Халисстра и Данифай присоединили свои мольбы к ее, и они упрашивали и молили богиню, произнося все молитвы, все заклинания, все основы вероучения, которым их когда-либо учили, ползая и пресмыкаясь на пороге храма. Мужчины просто ждали, все еще распростершись на черном камне. Некоторое время спустя Тзирик отошел в сторонку и сел спиной к лицу богини, общаясь с собственным богом. Халисстра не обратила на него внимания и продолжала свои мольбы.
И все же лик не отвечал.
Три жрицы продолжали свои молитвы, должно быть, часами, но наконец, Квентл решительно выпрямилась и прямо взглянула на изображение Ллос.
– Довольно, сестры, – сказала наставница Арак-Тинилита. – Богиня явно не удостоит нас ответом на этот раз.
«« ||
»» [300 из
322]