Рик Риордан - Перси Джексон и Лабиринт смерти
— Отец! — Снова голос старшей из дочерей. Он прозвучал гневно, но в то же мгновение девушка взяла себя в руки и сказала ласково: — Сначала позвольте нам устроить пир в честь нашего гостя. После долгого путешествия, думаю, ему будут приятны горячая ванна, свежее платье и достойное угощение. Я почту за честь сама приготовить все для омовения.
Она нежно улыбнулась Миносу, и старый царь ухмыльнулся.
— Да, такого удовольствия я не хотел бы лишиться. — Он взглянул на Кокала. — Увидимся на пиру, царь. Не забудьте привести с собой пленника.
— Прошу сюда, ваше величество, — пригласила Аэлия Миноса.
Она и ее сестры повели критского царя из парадной залы. Мой взгляд последовал за ними в купальню. Стены обширной комнаты были выложены мозаичными изразцами, густой пар клубился в воздухе, из крана хлестал в ванну поток горячей воды. Аэлия с сестрами бросили в ванну пригоршни цветочных лепестков, налили туда какого-то масла, которое, должно быть, в Древней Греции исполняло роль геля для душа, и скоро вода в ванне покрылась пузырьками разноцветной пены. Девушки отвернулись, и Минос, сбросив с себя запыленное платье, ступил в воду.
— Аххх, — закряхтел он от удовольствия. — Великолепно. Благодарю, мои дорогие. Путешествие мое и впрямь было утомительным и долгим.
— Вы преследовали свою добычу десять лет, не так ли, царь Крита? — спросила Аэлия, опустив ресницы. — Какой вы упорный человек, однако.
— Долгов я не прощаю, — усмехнулся Минос. — Ваш отец поступил мудро, вняв моим требованиям.
— Полностью согласна с вами, господин.
У меня мелькнула мысль, что уж очень откровенно она льстит царю, но старик проглотил ее слова, не моргнув глазом. Сестры Аэлии стали умащивать его голову благовониями и маслами.
«« ||
»» [297 из
449]