Роберт Энтони Сальваторе - Одинокий эльф
Ульгрен настолько сник, что не стал снова поправлять Герти, не желавшую признавать титул отца.
– Или ты надеешься, что тебе достанутся слава и почет? А может, при первой же неудаче ты попросту станешь козлом отпущения?
Орк оскалился, словно готов был вцепиться в горло великанше, хотя, конечно, никогда бы на это не отважился. Обальд удерживает его от победного броска, но, если сын его подведет, он это знал, наказание будет суровым.
– Что требуется от меня? – неожиданно спросила гигантша.
Ульгрен оглянулся на текущую мимо тьму орков и снова с любопытством поглядел на Герти, пытаясь понять, что она имеет в виду.
– Как я понимаю, когда придет время разбить этих дворфов, ты бы хотел, чтобы орки за победу славили тебя, – рассуждала великанша. – И я тебе в этом помогу.
– А они за это будут славить Герти? – добавил он, подозрительно щурясь.
– Если не вся слава достанется Обальду, – пояснила она, – то можно и не бояться, что в случае провала всю вину свалят на нас.
Все вроде было логично, но Ульгрену дико было даже вообразить, что у них с Герти может быть нечто общее. Раньше он часто ссорился с отцом только из за того, что тот видел в гигантах союзников. К тому же Ульгрен понимал, что Герти презирает его больше, чем ненавидит Обальда и орков вообще. Он всегда был для нее только жалким червяком.
А теперь они заключают соглашение за спиной у Обальда.
«« ||
»» [139 из
394]