Роберт Энтони Сальваторе - Одинокий эльф
– Больно. Клянусь Морадином, она раздавила мне сердце.
– Да ну, у тебя не сердце, а кремень! – отрезал старик. – Кончай ныть! – И с этими словами перекинул товарища через плечо и направился к ходу, стараясь не поскользнуться на обледеневших камнях.
Им пришлось пройти много залов, и везде дворфы из Мирабара сражались за каждый дюйм туннелей.
Но орки проявляли поразительное упорство и готовность отдать десяток своих за одного противника. Медленно, но верно они отвоевывали зал за залом, коридор за коридором.
У южного края пещеры Язвий скрепя сердце отдал приказ обрушить последний, самый большой участок потолка.
– Окапывайтесь здесь, – приказал он дворфам, многие из которых были ранены, – и сражайтесь за честь Мифрил Халла до последнего вздоха. Боевые Топоры приняли нас, как братьев, так давайте же не подведем их.
Бойцы постарались ответить на его призыв бодрыми возгласами. Из строя вышла уже треть из тех четырехсот, что ушли из Мирабара, включая и самого Торгара, но ни один не жаловался. Этот последний рубеж был укреплен лучше других, и если орки будут упорствовать и пытаться выбить их и с этого пятачка, примыкающего к скале над Долиной Хранителя, то поплатятся многими сотнями жизней.
Дворфы заняли свои места и стали ждать. Раненые вооружились чем могли. Кто не мог стоять, садились поближе к опорам и брали легкие метательные орудия. Тяжелораненых перевязали и оттащили вглубь. Попрощались с погибшими.
Они ждали. Но орки, заняв три четверти пещерного комплекса, так больше и не показались.
– Эти держались дольше всех, упрямые, – заметил Банак, глядя на орков и гоблинов, которые наконец сдались и побежали вниз по склону.
«« ||
»» [147 из
394]