Джоан Кэтлин Роулинг Гарри Поттер и Орден Феникса
Дамблдор безмятежно пересёк зал. Он был в длинной полуночно-голубой мантии и сохранял полнейшую невозмутимость. Его длинная серебряная борода и волосы мерцали в свете ламп. Он подошел к Гарри и взглянул на Фуджа поверх очков в форме полумесяца, свисавших с его очень крючковатого носа.
Члены Виценгамота зашептались. Все взгляды теперь были обращены на Дамблдора. Одни были раздосадованы, другие - испуганы; но две пожилые ведьмы в черных мантиях, тем не менее, подняли руки и махнули в знак приветствия.
При виде Дамблдора Гарри почувствовал мощный прилив сил, все усиливающееся, обнадеживающее чувство, похожее на то, которое вызывала в нем песня феникса. Он хотел встретиться взглядом с Дамблдором, но тот, не глядя в его сторону, продолжал смотреть вверх, на взволнованного Фуджа.
-- А, - сказал Фадж в замешательстве, - Дамблдор. Да. Вы, э-э, получили, э-э, оповещение о том, что время и, э-э, место слушанья изменились, так?
-- Я должно быть пропустил его, - жизнерадостно ответил Дамблдор, - но, несмотря на это, по счастливой случайности я приехал в Министерство тремя часами раньше, так что ничего страшного не случилось.
-- Так, хорошо, мне кажется, нам понадобится ещё один стул, я... Уизли, не могли бы вы?...
-- Не беспокойтесь, не беспокойтесь, - приветливо сказал Дамблдор; достал свою палочку, слегка прищелкнул ею, и мягкое ситцевое кресло оказалось радом с Гарри.
Дамблдор сел, скрестив длинные пальцы рук, и уставился на Фуджа с выражением вежливого интереса. Виценгамот всё ещё тихо переговаривался и беспокойно ерзал на месте; и только когда Фудж заговорил снова, всё успокоилось.
-- Так, - сказал Фадж снова, просматривая записи, - хорошо. Значит, обвинение. Да.
Он вытащил кусок пергамента, сделал глубокий вдох и огласил:
«« ||
»» [153 из
1184]