Алексей Бобл - Пуля-Квант
— На Янтарь, стало быть, идешь? Мы с командиром переглянулись.
— Ага. — Лесник спрятал контейнер и дернул шнур, затянув рюкзак. Запечатал клапан с помощью длинных ремешков, пропустив сквозь кольца, закрепленные снизу. Старый рюкзак, потертый такой, из брезентовой ткани, выгоревшей на солнце. Вместительный, несколько накладных карманов по бокам. Таких в продаже уже не найдешь — раритет.
Лесник сам как раритет. Человек эпохи социализма. На голове ушанка с торчащими наружу петельками завязок. Одет в брезентовый плащ — широкие полы, патронташ через грудь, коричневый свитер из верблюжьей шерсти с высоким воротом, в них водолазы раньше ходили. Сапоги болотные, завернуты ниже колен, тоже из советской эпохи. А вот брюки современные, такие же, как у нас, — как-то разжился вольный стрелок комплектом или подарил ему кто-то, Леха с Отмелем запросто могли так отблагодарить за какую-то услугу.
— А что это за желе внутри? — спросил Курортник.
— Не знаю. Григорович умные слова говорил, научные, я не запомнил.
— Точно? — Леха прищурился.
— Да правда не знаю. Нашел — рассказал Григоровичу. Не фонит оно. Трубка и трубка, запаяна, гладкая.
— Ладно, это ваши дела с Григоровичем. Ты стрельбу слыхал?
— Да. У вас хочу спросить, кто это так шумел у моста? Ваши же спецоперацию какую-то намечали.
Пригоршня по-прежнему сидел тихо, но я заметил, как дернулась его голова, когда про стрельбу и спецоперацию вспомнили.
«« ||
»» [174 из
318]